Грибки еще плескались в тумане, когда Ольга Тихоновна взяла вожжи и, сев в кошевку, отъехала от дома. Собственно, торопиться ей было некуда. Полученный в колхозе отпуск она полностью не использовала — погостила у сына лишь несколько дней и приехала от него вчера вечером, могла бы еще отдохнуть, но ей не сиделось. Понукая коня, она думала о том, как сложится ее жизнь теперь.
Скоро приедет Паша, помирится с Аннушкой, перевезет ее с Юркой к себе из Еланного, и тогда ей останется одно, заветное: глядеть на них да радоваться, помогать им пестовать сына, ее внука.
А ежели Аннушка не согласится переезжать, скажет, у меня свой дом и никуда я из него не поеду? Что ж, в таком разе она сама станет наведываться к ним — не за тридевять земель! Главное, все они будут у нее на виду и она в любой час сможет дать им полезный совет, при случае помочь уладить ссору, пособить в хозяйстве.
Выезжая за околицу, она заметила на дороге поджидавшую ее соседку, Зинку Строкову.
— Я с вами до фермы, Ольга Тихоновна, — сказала та, на ходу подсаживаясь к ней на телегу, и полюбопытствовала: — Правду несут, что скоро Паша приедет?
— Истинную, — улыбнулась старуха.
— Должно, в отпуск?
— Насовсем.
— Гм, знать, истосковался по дому, — радостно блеснула она карими глазами, — родимые места милее города оказались...
Зинка поймала на себе любопытный взгляд старухи, зарумянилась и, чтобы скрыть смущение, отвернулась, сделала вид, что ей все равно, приедет Павел или нет, что она вот засмотрелась вдаль, а сердечко заволновалось, в груди что-то заныло, заскребло.
Эх-х, ежели б улыбнулось ей счастье! Годы свое берут, а она по-настоящему еще не знала мужской ласки, если не считать той короткой ночи, что когда-то тайком от людей они провели вдвоем с Павлом, да нескольких случайных встреч в позапрошлом году с Горкой Зыкиным, семейным трактористом из соседнего колхоза.
Знал ли тогда Павел, что она не чаяла в нем души? Наверное. Она ведь частенько заглядывала к ним в дом, помогая Ольге Тихоновне по мелочам, и та нет-нет да и назовет ее ласково своей невестушкой, и в присутствии сына. А когда она возражала, говоря, что Павлик, мол, на нее даже не смотрит, что ему приглянулась .другая, старуха успокаивала, уверяя ее, что дружба Павла с Анькой Ельцовой — баловство, что он никогда на ней не женится и, значит, нет нужды ей, Зинке, бояться, надо ждать своего часа.
Видимо, Ольга Тихоновна была права, соблюдать себя следовало, а она не выдержала, поторопилась.
В тот день Зинка шла мимо дома Остриковых от колодца, неся на коромысле ведра с водой, и увидела во дворе Павла. Он стоял с колуном среди наколотых дров, красный и вспотевший.
— Зин, а Зин, дай напиться, — попросил он.
— Пей, — подойдя к калитке, подставила она ведро и стала наблюдать, как он пьет через край, расплескивая воду и обливая себе грудь.
— Фу-уу... — шумно выдохнул он. — Спасибочко!.. — И она опомниться не успела, как он облапил ее и смачно поцеловал в губы. Подмигнул, засмеялся. — Смотри, в другой раз с водой мимо не проходи!
Зинка вспыхнула, заторопилась.
— Хороша девка? — услышала она за спиной голос Ольги Тихоновны.
— Подходяща, — ответил матери Павел.
«Любит», — решила Зинка и вечером, принарядившись в лучшее платье, тайком выскользнула за околицу, зная, что Павел пойдет в Еланное.
Там, на дороге, она и повстречала Павла.
— Куда несешься сломя голову, никак в Еланное к Аньке? — сказала она. — Смотри, мокрехоньким вернешься, — и показала на черную грозовую тучу, выплывающую из-за леса.
Павел покосился на тучу, оценивающе оглядел девушку.
— А может, к тебе?
Зинка кокетливо повела плечами, опустила круглые карие глаза и ничего не сказала, когда он обнял ее за плечи, прижимая к себе. Они шли рядом и молчали.
Туча торопливо расползалась по небу, и вскоре с блеском раскаленных стрел и раскатом грома зачастил дождь.
— Бежим, — схватил Зинку за руку Павел, — в стогу переждем!
Прижались они к стогу с подветренной стороны, но дождь доставал их и там, и Павел стал скорее искать отдушину. Нашел ее, залез в стог, позвал Зинку.
В стогу было тесновато — отверстие, оставленное, чтобы не загорелось сыроватое сено и его протягивало ветром, огораживали колья, образуя небольшой конус, за шиворот сыпались шелестящие травянки, но они этого не замечали. Не заметили они и того, как прошла гроза, как пролетела летняя ночь...
Читать далее: Ожидание
