Обман

—  Семь тысяч восемьсот пятьдесят семь рублей,— прочитал он вслух последнюю запись и, словно не веря себе, глянул, кому этот вклад принадлежит.

«Вот это но-омер!» — опешил он.

Плакать, что сидят без гроша, клянчить у него последние сбережения, когда знают, что он все вместе с домом оставил Марийке, и такую сумму держать в сберкассе...

Нет, этого он совершенно не мог понять!

—  Положи на место, — сказал Кольке, отдавая сберкнижку, — и не лазь по сундукам: стыдно.

Когда Марфа вернулась со станции домой с пустыми корзинами, Сергей, накурившись до одури, нервно мерил шагами свою комнату.

Узнав про обновку, сестра просияла:
—  Ой, Сереженька, какой ты молодец! — льстиво начала она, но увидев лицо брата, испугалась. — Что с тобой?

—  Значит, сестрица, сидим без копейки, — тихо, сквозь стиснутые зубы заговорил Сергей, — даже бывает, не на что спичек или соли купить?

—  Всяко случается, — не моргнув ответила она.

—  А те, что на книжке лежат, для чего бережешь?

—  А-а, ты сундуки проверять?! — закричала Марфа.

—  Дура, на свой аршин меряешь? Твой сын случайно наткнулся да показал мне.

—  Ну и что? — оправилась она. — Наши деньги, кровные... — и вдруг заплакала, бросилась к сундуку и, достав сберегательную книжку, швырнула Сергею под ноги. — Возьми, возьми себе на одежку да обувку хоть все, мне ничего не надо!..

—  Благодарю,— поднимая с пола сберегательную книжку и кладя ее на стол, усмехнулся Сергей. — Обойдусь. Но жить с тобой под одной крышей,  извини, не могу.

Ухожу.

С тех пор снимал Сергей пол-избы у одинокой старушки Макаровны, что жила на краю села.