Обман

—  Мать, что ли, послала? — присаживаясь рядом на корточки,  спросила Марфа.

—  Ага... Нет... Я сам... — Юрка совсем запутался и замолчал.

—  Ну, сам не сам — дело твое, — добродушно продолжала Марфа. — Только кто ж этак-то торгует?

—  А что?

—  Да то. Сколь в кулек малины-то упихиваешь? Никак стакана два. А она по гривеннику стакан.

—  Я не знал... У меня стакана нет, — счел необходимым оправдаться Юрка.

—  На вот, попользуйся моим.

Марфа пошарила в корзинке, на свет божий появился граненый стакан и столовая алюминиевая ложка.

—  Да насыпай-то ложкой, да старайся без верха, да не   уминай, — поучала  Марфа.

—  А  ругаться  будут?

—  Пущай ругаются — брань на вороту не висит. Да и покупатель разный: одному скостить надо, другому — накинуть.

Подумал Юрка и сказал:
— Это нечестно будет.

—  А цену сбивать честно? — размашистым жестом указала Марфа на женщин-торговок.

—  Как...   сбивать?

—  Вот так: будешь задешево продавать — и всем прочим придется скостить цену-то, а то покупать не станут. Вот и выйдет: самому выгоды мало и другим от тебя убыток. Понял ай нет?

—  Понял.

Подбежала девочка чуть постарше Юрки. Между большим и указательным пальцем зажата десятикопеечная монета.

—  Тетенька, — полностью игнорируя Юрку, обратилась она к Марфе. — Мне кулек малины.

—  Не кулек, голубушка, а стакан. Стаканами продаем.

Марфа бросила в стакан три или четыре ложки ягод, да как-то так ловко бросила, что стакан оказался почти полным. Высыпала малину в кулек, приняла гривенник.

Юрка отвернулся. Почему-то сделалось ужасно стыдно. И когда тетка Марфа сунула ему монету, радости он не испытал. Подумал: «Скорей бы уж она уходила». Но Марфе, видимо, нравилась роль наставницы.

—  Видел, как надо? — поучала она. — Вот так и делай. Да уж теперь много не наторгуешь — малины-то пустяк осталось.

Последние стаканы Юрка продал так, как учила Марфа. Он понимал, что это нехорошо, что покупатели, наверное, считают его жадиной, и все же в присутствии тетки Марфы ослушаться ее не мог. Его приучили подчиняться авторитету старших, приучили к тому, что все поступки взрослых правильны и не подлежат осуждению.

Дежурный по станции ударил в колокол, и перрон быстро опустел. Поезд тронулся, и вскоре Юрка подошел к Ваське и Мишке.

—  Ну как? — спросили они.— Все продал? Юрка показал порожнюю корзинку.

— И мы тоже! — ребята подсчитали выручку, удовлетворенно улыбнулись. — Теперь всем на фонарики хватит, еще на конфеты и пряники останется!..

В Еланное ребята возвращались налегке, в приподнятом настроении.