Было еще темно, когда Сергей и Юрка отъехали на Орлике от дома. Миновав околицу, свернули вправо и рысью направились кустарником к Топкому озеру, где у Сергея недели две тому назад было сделано несколько шалашей-скрадков. У березового перелеска они остановились. Стреножили коня и пустили его пастись на елань и еле приметной стежкой пробрались к озеру.
Сергей, обутый в высокие резиновые сапоги, вошел в воду и разбросал в беспорядке по плесу у скрадка чучела кряквы, шилохвости и свиязи, а чирков расположил табунком чуть поодаль от берега на более глубоком месте.
— И сюда прилетят? А почему сюда? — допытывался Юрка, неотступно следуя за Сергеем. — А где утки сейчас?
— На хлебах с вечера кормятся, — рассказывал Сергей. — Ведь им скоро лететь в путь-дорогу, на юг, вот и запасаются жирком. А сюда прилетят потому, что они давно уже облюбовали себе это озеро. Видишь, оно в глухом месте находится, труднодоступном, и здесь птица чувствует себя спокойно. Тут она отдыхает, тут и линяет в свое время, и птенцов выводит. Смотри, сколько плавает утиного пера и пуха!
Юрка с восхищением смотрел на дядю Сережу. Нет, что ни говори, а он настоящий следопыт, и надо не пропустить ни одного слова, чтобы понять и запомнить повадки и тайны зверей и птиц!
Невдалеке, свистя крыльями, пронеслась стайка чирков, и охотники поспешили забраться в скрадок, просторный, с открытым верхом, чтобы можно было из него стрелять влет.
Занималась заря. Восток постепенно светлел, золотился, окрашиваясь в желто-розовые тона. Потянул легкий ветерок, в озере, играя, заплескалась рыба, а над головой роем повисли комары.
Сергей зарядил ружье, вынул из кармана манок.
—: Кря-ааа... кря-аа... кря-а!.. — призывно раздалось вокруг.
Налетел табунок крякуш. Разворачиваясь над озером, утки заметили чучела и, видимо услышав еще крик манка, сбились в кучу и пошли на снижение. Раздался дуплет. Пара птиц грузно шлепнулась на воду, остальные взмыли вверх и пропали за перелеском.
— Ура-аа!..— закричал Юрка и вскочил на ноги, собираясь вылезти из шалаша.
— Ты куда, скоро еще прилетят! — улыбнулся Сергей, удержав мальчика за куртку. — И кричать на охоте нельзя.
Потом Сергей научил его кричать в манок, и мальчик был наверху блаженства.
— Дядя Сережа, дайте мне разок стрельнуть, — когда уже совсем рассвело, робко попросил Юрка, и столько в его взгляде было мольбы и желания, что Сергей сдался.
— А ты умеешь? Юрка просиял.
— Ну да! Я стрелял из малокалиберки и попал три раза в ведро на пятьдесят метров! — выпалил он. — Мне с Мишкой Крупниковым его папа давал стрелять!
— Тогда — молчу, — улыбнулся Сергей и протянул' ружье, дважды объяснив, как надо целиться.
Над тайгой всплывало солнце, рассеиваясь, уползал в тальники легкий туман. Лет прекращался, и это волновало Юрку. А что, если не прилетят больше? Нет, вон протянула в стороне парочка и, описав полукруг, опустилась в дальнем конце озера. А вот прямо на них из-за перелеска летит небольшой табунок. Куда он сядет? Неужто...
— Спокойнее, Юра, не торопись, — шепчет ему на ухо дядя Сережа, подставляя под цевье ружья свое плечо.
Грянул выстрел, и селезень забился на месте.
И Юрка, забыв об уговоре, в одежде бросился за ним.
