Пулеметчик

Часть бойцов тотчас попятилась к деревьям и попряталась за стволами, другие остались на полянке, укрывшись за кочками, а противник патроны не жалел.

Захлебывалась так удачно начатая атака, и Славин загнанно глянул по сторонам, ища, кого бы из бойцов послать с гранатами в обход, именно так он и поступил при наступлении на Ельню, когда вражеский пулеметчик внезапным огнем прижал его взвод к земле, и потом они выбили фашистов из траншеи. Но сейчас рядом никого не оказалось, а поднять голову и посмотреть, где люди, не позволяли пули, они, что пчелы, роились над поляной, и он с ужасом понял, что зарвался, что рота осталась без командира.

«Хоть Добрецов бы увидел этот пулемет!» — в отчаянии подумал Славин, а тот, замолкая на несколько секунд, опять и опять заходился в яростном лае.

Надо было скорее отползать к бойцам, назад, и брать руководство боем в руки, но Кирилла вдруг обуяла дикая злоба на пулеметчиков, перекрывших дорогу его роте, и мысль, что рота упускает инициативу, толкнула его вперед.

Он по-пластунски двинулся навстречу огненным струям, раздирая носом мокрую, полусвалившуюся траву, и краем глаза ловил трассы вражеского пулемета, вырывающиеся из темнеющих кустов, они рассыпались цветастым веером то в одну сторону, то в другую над поляной, и когда с резким свистом проносились над головой, втискивался в первую попавшуюся кочку. Он потерял счет времени и не представлял, далеко ли еще до пулемета, и уже раскрытым ртом ловил воздух, будто тут его не хватало, а вскинув на секунду голову, увидел, что миновал лишь половину пути, и испугался, что не успеет расчистить дорогу роте и к фрицам подойдет подмога.

Перестрелка усиливалась, и вдруг пулемет, поперхнувшись, смолк — с той стороны поляны били только винтовки да стучали автоматы, но их в расчет Славин уже не брал.

«Убиты?.. — подумал о пулеметчиках. — Или меняют ленту?»

Он вскочил на ноги и пригнувшись пробежал метров пятнадцать, как по его каске сильно ударило, и от этого удара у него зазвенело в голове, но до кустов осталось протянуть рукой, и он бросил туда гранату, тут же присел на колено и послал вдогонку очередь.

— За мно-ой, ребята, быстре-ей!..— что было мочи заорал он, чувствуя, как перед глазами вертятся красные и зеленые кружочки.

Тянуло остановиться и присесть хоть на минуту, отдышаться, но рядом кто-то закричал: «Ура-а!», и несколько голосов подхватили клич, кто-то трехэтажно матюкнулся, адресуясь к фрицам, кто-то застонал, и Славин, вскинув на немецкий манер автомат, будто косой прошелся перед собой очередью по кустам. Его обогнали два бойца, потом еще несколько человек справа и слева, но он за ними не побежал, а, прихрамывая и не замечая этого, заплетающимися шагами поплелся следом, вновь перезаряжая автомат, увидел невдалеке от кустов двух убитых автоматчиков и остановился подле них, присел и стал обшаривать, набивая карманы снаряженными обоймами, сунул за пазуху две гранаты, с недоумением глядя по сторонам — ни пулемета, что бил отсюда, ни пулеметчиков нигде не было, и он не мог понять, куда же они делись, и не замечал их чуть в стороне за корявыми корнями старой березы.

За спиной ухали трофейные минометы, на флангах роты еще шла беспорядочная пальба, а впереди все смолкло, оттуда доносился лишь громкий, возбужденный говор, и Славин, преодолевая охватившую его слабость, медленно побрел на голоса, то и дело хватаясь за попадающиеся ветки и молодые деревца, чтобы не упасть.