Танки

Танки подползали к речке, один за другим выстраиваясь в затылок. И вот они ринулись к понтону.

— Да стреляйте же, сволочи!..— вдруг закричал Добрецов.

«Они что, рехнулись?!» — подумал о немцах и своих, чего-то выжидающих, и не знал, как быть.

И только когда головной танк, качнувшись из стороны в сторону на понтонах, с ходу перемахнул просвет воды и выскочил на берег, немцы ударили из всех видов оружия.

Добрецов  присел  в  окопе.

Танки, преодолевая по осевшим понтонам речку, расползались в стороны по берегу, стреляя из пушек и пулеметов. Один из них на понтоне вдруг вздрогнул от прямого попадания крупнокалиберного снаряда и завалился набок, и понтон встал  на попа.

Но тут загорелся огонь сигнальной ракеты, взмывшей наискосок вверх. Ощетинилась ответным огнем их оборона. Добрецов услышал чей-то обрадованный крик: «Гори-ит!», и его пружиной подбросило на ноги. И первое, что схватил его глаз, был пылающий огромным костром танк, метавшийся перед окопами, который вдруг с мощным взрывом развалился на части. Потом сержант разглядел еще два загоревшихся танка, но смотрел уже только на тот, который шел прямо на  него.

— А-а, значит, гори-ите, салаги!..— закричал сам, трясущейся рукой запаляя смоченные бензином фитили на бутылках, и первую, высунувшись на секунду, швырнул навстречу наползающей махине и тут же бросился на дно окопа, успев заметить, как воспламенился на лобовой броне бензин. Он матюгнулся от обиды, что поторопился. Надо было пропустить танк через окоп и разбить бутылку о жалюзи моторной группы, как наставлял ротный Якорьков и как сам же предупреждал бойцов. Фитиль второй бутылки, зажатой в руке, больно опалил огнем пальцы, но Добрецову сейчас было не до этого. Он ждал, что танк его вот-вот раздавит, разворачиваясь на месте, и молил бога, чтобы скорее уж это произошло, но гусеница проскрежетала над ним, стряхивая в окоп поток земляной крошки, и после нескольких секунд тьмы Добрецов опять увидел свет и понял, что танк пронесло дальше. Он обрадовался, что жив и невредим, вскочил на ноги и второй бутылкой угодил точно в цель, еще не веря глазам, что поджег фашистский   танк.