Мы шли под грохот канонады, смерти смотрели в лицо, Вперед пробивались отряды, Спартаковских смелых бойцов...
Потом выступил отец. Он говорил о героизме красноармейцев в боях у Хасана и Халхин-Гола, о танкистах, летчиках, и  Володя ждал, когда же он расскажет про то, как сбил двух япошек, и как пуля раздробила ему руку, и как отец выпрыгнул из горящего самолета, а потом... Но отец ничего такого и не рассказал. Прямо как нарочно! Все говорил и говорил продругих. Все там, оказывается, были героями, только не он. Обидно просто... Может, отец о своих
одвигах в самом конце сообщит?.. Промолчал! Испании вы были? — спросил Герка.— лышал, что наши летчики там воевали. Это правда? многим помогали республи-
нием продовольствием, разным снаряже-
Испан уклончиво ответил отец.— Республиканская огтят. боролась против фашистов, и мы не могли, останься в стороне.
от бы мне туда,— с завистью сказал Герка. — Все вопросы? — спросила Зоя.
— А вот еще один...— выкрикнул Шурик и заго., ворщицки подмигнул Герке.— Вот вы сказали, что-в Монголии воевали против японцев за монголов, а в, Испании — за республиканцев...
— Я этого не говорил.
— ...выходит — вы наемный солдат? Ландскнехт?! В зале раздался возмущенный щум. Зоя колотила
карандашом по графину. Володин отец тоже поднялся. Все стихло, и он сказал:
— Я и многие мои друзья воевали в Монголии, а может, и в Испании, не потому, что нас кто-то нанял. Нет
Ой, как хорошо Вспыхнул огонек Земля Деревья, здание Потом пришел отец У нас, у всех Трубку он вынул Поглядите на него Буду моряком Костер уже горел
|
