Сложная часть задания

В считанные минуты винтокрылые машины опустели. Тут же одна за другой взмыли вверх.
Тактическому воздушному десанту, который возглавил старший лейтенант Косинов, поручалось захватить за кишлаком мост через реку, запереть выход из узкого ущелья, пересекавшего плоскогорье до самой границы с Пакистаном. Идти предстояло по зеленой зоне долины. Наиболее сложную часть задания — прикрывать батальон сверху, следуя по вершине хребта в том же темпе, что и другие подразделения, — Косинов доверил своей родной роте, теперь уже под командованием старшего лейтенанта Заколодяжного. Замполит Шорников, шедший в ней замыкающим, то и дело оглядывался, опасаясь удара бандитов в спину.

В двух-трех шагах перед собой Николай хорошо различал влажное пятно на спине рядового Комекова. С каждым километром пути оно все росло, расширялось, перекрасив в конце концов всю куртку в темный цвет. Но солдат без устали двигался по хребту. Это ему, с трудом преодолевавшему в свое время километровку, внушал Шорников мысли о силе человеческой воли, о том, что вся наша жизнь — бесконечная борьба с собой и насколько важно преодолеть себя, воспитать себя, победить себя. Их совместный нелегкий труд не пропал даром. Теперь Комекова не узнать — возмужал, окреп. Незадолго до майских праздников солдат обратился к политработнику за рекомендацией для вступления в ряды партии.

— Что же, — без колебаний согласился Шорников, — думаю,   вы   будете   настоящим   коммунистом.
В рекомендации Николай написал: при выполнении интернационального долга по оказанию помощи афганскому народу Комеков проявляет мужество, героизм. Имеет ряд благодарностей от командования. Представлен к награждению медалью «За отвагу». Обладает сильной волей...
Внизу повзводно вытянулся десант. Колонны выдерживали дистанцию. Кругом, насколько хватало взгляда, — островерхие горы, сплошь прорезанные расщелинами, усеянные камнями, из-за которых в любую минуту мог выплеснуться смертоносный огонь. Лишь в долине зеленела растительность.

К полудню поднялся ветер, небо заволокло облаками. «Как некстати... Как некстати...» — повторял про себя Шорников. Ведь если понадобится вызвать вертолеты, они из-за непогоды не сумеют преодолеть горный перевал.
За долиной у подножия почти недоступного склона, заваленного громадными валунами, раскинулось плато. Мрачность пейзажа усугубляли глубокие расщелины, что пролегли во всех направлениях слева от плато.
Отсюда наблюдал Шорников, как передовые взводы десанта уже огибали игрушечные домики кишлака. Долина в том месте круто изгибалась вправо, так что батальон лишь зацепил окраину кишлака и, удаляясь от домов, исчез за поворотом.