Дымовая завеса постепенно редела. Теперь душманы переключили свой огонь на вертолеты, которые, замкнув круг, прикрывали подходы к 036-му. По сигналу Павлова экипажи снизились до 300 метров, на минимально безопасную высоту. При всей внешней простоте маневра обеспечивался немалый эффект: максимально сокращались углы обстрела пулеметов и стрелкового оружия мятежников по боевому порядку, тогда как экипажи по-прежнему угрожали их огневым точкам. Виталий Егорович контролировал положение: его летчики, хорошо зная разрез ущелья, минимальные высоты для безопасного разворота, пока не допускали ошибок.
Под надежной защитой десанта, занявшего круговую оборону площадки, и при поддержке с воздуха группа разведки поднялась на борт 036-го. Винтокрылая машина благополучно стартовала с площадки, вышла из зоны огня мятежников. Сложное, ответственное задание группа завершила без потерь.
Позже Виталий Егорович провел подробный разбор. Авиаторы, отметил он, безупречно осуществили единый замысел, единую схему прикрытия, точно выдерживали свои места в боевом порядке, результативно отвечали на огонь мятежников, используя весь комплекс оружия, в том числе и то, которое имелось у десанта.
— У нас строго соблюдался принцип, — рассказывал мне полковник Павлов во время нашей беседы, — не стартовать, пока полет не продуман от начала до конца, пока не принято четко отработанное на земле решение. По деталям потом, в воздухе, можно внести какие-то коррективы, продиктованные обстановкой, но канва решения должна сложиться, подвергнуться всестороннему анализу заранее, до вылета.
В этом, по мнению Виталия Егоровича, — одно из важнейших слагаемых успеха. Другое — сами люди с их ратным мастерством, бойцовскими качествами, готовностью любой ценой выполнить приказ. «Командир силен своими подчиненными», — несколько раз повторил Павлов, искренне довольный, что рядом с ним служили воины, политически зрелые, идейно убежденные, беззаветно храбрые, глубоко сознающие свой долг.
— Как-то при воздушной поддержке афганского пехотного батальона, вступившего в схватку с бандой душманов, нашего летчика-штурмана ранило осколком в лицо, — вспоминал Виталий Егорович. — Из госпиталя его перевозили через наш аэродром. Вдруг мне звонят медики: «Исчез лейтенант!» Естественно, я забеспокоился. А тут как раз вертолет возвращается с задания. Вообще-то я догадывался, что могло случиться. И не ошибся. Встречаю вертолет, смотрю — выходит оттуда пропавший лейтенант. Оказывается, на аэродроме он услышал, что в экипаже отсутствует летчик-штурман, на днях выбывший из подразделения.
Сел за нею. Я ему: «Вы почему сбежали от медиков?» Он мне: «Чувствую себя нормально!» И улыбается. Действительно, бровь у него срослась, немного, правда, с перекосом, но по-прежнему лицо симпатичное. Да, нужно знать, какие это люди! Подобные факты при мне отмечались повсюду — и у мотострелков, и у десантников, и у водителей.
Детальный разбор Приобщение к небу Опытные летчики Разведка Экипаж Интересный эпизод Поучительные эпизоды Опытный инженер Заступничество Голубые просторы манят
|
