Щедрый подарок судьбы

Провожала мужа без надрыва, будто в обычную командировку. Но едва дождалась первого письма оттуда, поняла, как мучительно тяжело ей жить в этом городке на Дальнем Востоке. Уж слишком далеко до Афганистана. Не может она даже вообразить, какая там погода, каким воздухом дышит муж, какое видит над собой  небо.
Внезапно возникла очень простая, ясная мысль. Что ее удерживает здесь? Надо перебираться поближе к нему. Работу найдет в любом краю, с жильем как-нибудь -устроится, к переездам ей не привыкать — все их богатство всегда мысленно разложено по чемоданам да ящикам.
О своем решении сообщила Владимиру так, чтобы с первых слов убедить: отговаривать ее бесполезно, надо действовать. Пришлось подполковнику  Неверову обращаться к старшему начальнику. К счастью, генерал не был сухарем, лишних вопросов не задавал.

Подписывая нужные бумаги, задумчиво произнес:
—  Наших жен понять можно.
Так Людмила Григорьевна оказалась в самом южном городке Советского Союза, на границе с Афганистаном. Работала в приемном отделении госпиталя, куда поступали больные и раненые из частей ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Стараясь обязательно встретить каждого, подолгу расспрашивала об условиях службы, о командирах, стычках с душманами, о положении в стране.

Говорят, в наше время расстояния не играют роли. Есть самолеты. Есть телеграф, телефон. Какая на первый взгляд разница — жить на Дальнем Востоке или в Средней Азии? Для Людмилы Григорьевны — огромная. Сразу смягчилась душевная боль. В небольшом южном городке Неверова не просто жила, а чувствовала себя причастной к большому, трудному, опасному делу мужа.
—  Бывало, подует афганец, все недовольны: ветер горячий, на зубах песок скрипит. У меня же на сердце легче. Ведь этот ветер — от Володи, я на себе ощущаю, как ему там дышится.

Один пожилой туркмен, узнав, откуда и почему приехала Людмила,  вдруг низко  поклонился ей:
—  От всех мужчин. — И уверенно добавил:—Жди, скоро мужа увидишь. Не может он к тебе не приехать.
Дед оказался пророком. Буквально через несколько дней появился Володя. Исхудавший, с белозубой улыбкой на почерневшем от загара лице.
—  Особо не радуйтесь. Я ненадолго. С оказией.
Людмила  Григорьевна восприняла часы желанной встречи с мужем как щедрый подарок судьбы. За все, что пережила, — за хлопоты с переездом, с поисками квартиры, работы, с устройством детей...