Капитан Шпак неуловимо напоминал Николаю отца. Нет, не внешне — по складу характера. Его уроки тоже запали в душу, явились для Кравченко второй школой жизни. Именно ротный командир привил ему твердое убеждение — офицер всегда впереди, личным примером призван увлекать солдат.
А мудрый суворовский завет «поспешай с умом» гвардии капитан Кравченко усвоил уже на афганской земле.
Многое довелось испытать офицеру: опасные походы в горах, через бурные речки, перевалы, студеные ночи во время охраны объектов на аэродроме, ожесточенные схватки с бандами душманов. И всякий раз десантники роты с честью выполняли задания. Свидетельство тому — высокое звание Героя Советского Союза, присвоенное командиру батальона гвардии майору В. В. Пименову, награждение орденами и медалями многих офицеров и солдат. Орден Красной Звезды вручили и гвардии капитану Николаю Кравченко. За бой в районе населенного пункта Агилак.
В январе 1984 года рота Кравченко получила боевой приказ — совместно с батальоном афганских вооруженных сил разгромить базу крупного душманского бандоформирования. В расположение части прибыло подразделение армии ДРА, с командиром которого, майором, Кравченко, развернув карту, обсудил план действий.
Готовились к выходу и солдаты. Старшина роты выдал им патроны, гранаты, пакеты с сухим пайком.
Пока воины с аппетитом завтракали — над пловом повар явно постарался, Кравченко беседовал со своим комиссаром. Заместитель командира по политической части гвардии старший лейтенант Игорь Бруснин зарекомендовал себя толковым, грамотным офицером, досрочно заслужил очередное воинское звание.
— Разрешите обратиться, товарищ гвардии капитан? — подошел секретарь комсомольского бюро роты гвардии сержант Тажетдинов с орденом Красного Знамени на груди.
— Разрешаю. Что-нибудь случилось, Федор Федорович?
Вообще-то Тажетдинова звали Фаруком Фатхетдиновичем, но это имя-отчество в роте переиначили на свой лад, попроще.
— Посмотрели мы, как афганские солдаты едят...
— Ну и что?
— Бедно очень, товарищ гвардии капитан. Лепешки сухие, вода... Просим вашего разрешения поделиться с ними маслом, сахаром.
— Дело предлагает комсомольский секретарь, — поддержал замполит. — Нам ведь с ними воевать бок о бок.
— Согласен. Добро, Федор Федорович, разрешаю!
Вскоре советские и афганские воины дружно пили чай.
Душманский склад
