Кто-то фыркнул. Прозвенел звонок, захлопали двери, застучали крышки парт. Володя сел. Нина посмотрела ему в лицо, и Володя увидел, что один ее глаз немного косит.
 — Что сейчас? — спросила она.— Зоология,— вместо Володи громко сказал Жорки.— И учитель новый. Ира, дашь ему ветки! — Жорки вынул из парты пучок тополевых веток с уже распустившимися клейкими листками и отдал Ире Неустроевой.
— Сто один! — выкрикнул Шурик.— Ур-Ра! По-здравие нового рекордсмена страны и мира Николая Рыбина!
— Ур-Ра! — заорали все.
— Благодарю вас, друзья мои,— сказал Колька.— К этому рекорду... уф!.. К этому рекорду я готовился всю свою жизнь.— Он поднял руки над головой, сжал
их в приветствии.— Но нет предела человеческим возможностям!
Дверь в этот момент распахнулась, и на пороге класса появился Рогов. На его груди сияли надраенные до блеска значки, за ремень заткнуты потрепанные книжки и замусоленные тетрадки. А во рту... Во рту у Греки дымилась трубка! Девчонки завизжали, Колька Рыба и Бобер взвыли, а Грека, согнув ногу, дотянулся до ручки и закрыл дверь. Потом голосом, очень похожим на директорский, произнес:
— Дети. Поздравляю вас с весной,
— Какой занятный подросток,— сказала Нина.
— Деточка, я не подросток! Я Геракл! — солидно и медленно промолвил Грека и направился к своему месту.
Он сидел за партой один. У самого окна. Из окна была видна Нева и стены Петропавловской крепости.
Все в школе. Володя и Жека Смуглая, с чернящими Все знали Давай вдвоем, Грохнула дверь, Учитель подошел Никто так и не понял С крыши текло Это новый подвиг
|
