Не высовывайся...» — и исчез в кустарнике, кипело в душе Володи: скорее, скорее, пока они не попросыпались!.. Скорее же — идите туда, унй жайте их, убивайте, чтобы эти больше никогда могли убивать наших людей, нас!
 Вот! Вдоль стены дома пробирались двое, рожнее — часовой возвращается... И те двое шали шаги часового, прижались к стене. Закрыл и будто пропали в черной тени. В-рр-аа!» — разнеслись гулкие взрывы
испуганные и отчаянные крики, стон... Ав-
очереди, гулко бухающие выстрелы винтовок,
томат" и немецкие слова, проклятия... Из
сеновала вырвались языки пламени.
нше взрыв. Несколько хлестких выстрелов. Топот
Возбужденные голоса: «Вон побег!», «Не убёг,
«Сашка, Петров, идите к машинам. Заво-тварь»
Володя перелез через забор. Жарким кострищем пьпал сеновал. Горячий ветер столбом вздымал к небу снопы искр и горящую дранку с крыши. Будто прикорнув, лежал длинный Вальтер, рядом, раскинув руки, коротышка Карл. Белели нательные, в черных, темных пятнах, рубахи; чьи-то голые ступни виднелись в зарослях крапивы у забора. Топоча сапогами, входили в дом люди. Урчали разогреваемые моторы автомобилей Рольфа. Володя взбежал на крыльцо дома, распахнул дверь. В большой комнате, среди разбросанных бумаг и опрокинутой мебели, сидел на полу Рольф. Правую руку он прижимал к груди, по телу стекали красные струйки.
— Гляжу, а он, гнида, пистоль с-под подушки тянет, ну я его и жахнул,— возбужденно говорил боец в комбинезоне.
Он очень сильный Снова страшный крик Молчи, говорю Продолжаем очистку Как холодно. А, черт с ним Из подвала Я записал твой адрес Волка немного провожу В зоопарк
|
