Десант выбирает нас

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Голубев , ты, я вижу, до армии думал, это два года орел. А

что десантник на практике — орел где-то пять минут, а остальное время, извини... Трудно быть десантником. Юра?..
— Ребята, а что я сегодня видел на столе у ротного! Вовек не догадаетесь. Телефонограмма от имени командира дивизии: «Уважаемые товарищи председатели соседних колхозов. Сегодня совершает свой очередной прыжок с парашютом гвардии рядовой Голубев Юрий. Будьте бдительны. Крупный рогатый скот во избежание его травмирования просьба укрыть в хлеву...»

Я сижу крайним в корабельной группе и стараюсь не обращать внимания на подковырки друзей. Им только ответь — вообще заклюют. К тому же последние прыжки и в самом деле были для меня неудачными. Один раз приземлился в болото — «приболотился», как подвел на месте сбора итог взводный остряк Шура Волк. В следующий раз опустился рядом с колхозным стадом, пасшимся на краю площадки приземления. «Прикоровился», — Шурику уже стало интересно отыс-кивать по этому поводу словечки, а за мною начала утверждаться репутация человека с приключениями. А какие тут приключения, если я, как самый легкий повесу, выпрыгиваю из самолета последним? Тут как угодно изощряйся, а край площадки обеспечен на всю десантную жизнь.

Вообще-то я в воздушно-десантных войсках — случайный человек. Сбоку припека. Мне пророчили танк, подводную лодку — все, где желательно занимать поменьше   места.
—  Командиры-то должны видеть и понимать, что ты у нас не великан, — бабушка Лена никак не замечала, что ее постоянные напоминания о росте стали мне неприятны уже лет пять назад, а особенно сейчас, перед службой в армии, но бабушку я любил и молча переносил подобные разговоры. А она вздыхала: — Выспись, внучек, да ешь что повкуснее перед дорогой.
—  Пусть лучше спортом позанимается, — сестра, получавшая от бывшего водителя автобуса на нашем маршруте Кольки Синицына письма с солдатским треугольником, смотрела на меня так, будто знала какую-то важную тайну из той жизни, в которую мне лишь предстояло   на   днях   окунуться.
—  Он мал ростом, ему в лодке иль за пультом каким сидеть-глядеть, а не по полям бегать, — бабушка проявляла удивительную осведомленность о современной   армии.

Впрочем, я тоже готовился к этому.
Тем более накануне моего призыва из армии вернулся Колька Синицын. Чуть ли не с вокзала он ввалился к нам в квартиру — шумный, сверкающий.
—  И за что ж это тебя так отметили, — ахнула бабушка, разглядывая многочисленные значки на Колькином ефрейторском кителе. — А какие тут самые главные, и не найдешь.